Я помню, как пришли мы
Учиться в пятый класс.
И в нашей «новой» школе
Мы увидали Вас.

Вы, с виду очень хрупкая,
Как школьница средь нас,
Немного оробевшая
От тридцати пар глаз.

Так начался учебный год,
Звонок раздался вновь.
Мы 5А — ваш первый класс,
Как первая любовь!

Четыре года школьных
Вы опекали нас.
Вы наша мама КЛАССНАЯ!
И нет таких сейчас.

Ведь Вы сумели каждого
Понять и полюбить,
И все наши способности
Увидеть и раскрыть.

Успех и неудачи
Делили пополам.
Порой от Вас за дело
Всем попадало нам.

Но мы не обижались,
Учитель был, как вождь.
Ведь глупо обижаться
На снег или на дождь.

А нас на всё хватало:
На спорт, на танцы, песни,
На смотры и «Зарницу'.
Мы жили интересно!

Мы бабушки и дедушки
Уже давным-давно…
Но в детство наше хочется
Вернуться всё равно.

Всё на земле не вечно,
Людской короток век.
Вы в благодарной памяти
Прописаны на век!

А это наш дорогой и незаменимый Соснин Леонид Егорович. Наверно, 80 процентов воспоминаний о школе связано с ним. Он со своим баяном сопровождал нас всю нашу школьную жизнь.

Он — это уроки пения, как мы любили их в начальных классах! Он — это все наши песни и танцы, все репетиции и кон- церты. Он — это весёлые новогодние ёлки! Леонид Егорович даже один раз ходил с нами в поход. Мы уговорили его взять с собой баян, который сами несли по очереди. Сумерки, костёр и песни под баян — романтика! Светлая память нашему Леониду Егоровичу…

И, конечно, воспоминания о школе тесно связаны со спортзалом. Это уроки физкультуры, спортивные соревнования, гимнастическая секция и наша любимая Раиса Ивановна Демидова.

Фамилия Демидовых
Имеет древний род.
С седой Уральской старины
Ведёт она отсчёт.

Раиса свет Ивановна
Живёт в селе у нас.
Фамилия — Демидова.
Учитель-просто «класс»!

Полжизни школе отдано,
Призвание-физрук.
Здоровье нам заложено
Из крепких ваших рук.

И Вы ради победы
Грузили нас сполна.
За труд и достижения
Медаль Вам вручена.

В моих воспоминаниях
Вы ценная страница.
Как жаль, что наше прошлое
Уже не повторится.

Сколько силы, труда и терпения вложила она в нас, прививая любовь к гимнастике. А сколько мы занимались, чтобы достойно выступить с пирамидами, с лентами, с обручами. Мы даже ездили в Курган на Областной фестиваль молодёжи, чтобы во время парада украшать колонну Каргапольского района упражнениями с обручами.

А ещё самая талантливая ученица Раисы Ивановны лучшая гимнастка-акробатка школы Оля Аламова училась в нашем классе. Весь зал замирал, когда она выступала с акробатическим этюдом.

Наверное, каждое поколение считает своё детство и юность самыми лучшими. Но наше советское детство было самым счастливым. Нас бесплатно лечили, бесплатно учили в школе, училище, техникуме и в институте. И всегда была работа, где можно было применить своё образование и руки. Всё было стабильно, и мы не боялись за своё будущее. Спасибо всем нашим замечательным учителям и нашей Советской Родине!

Охотничьи брехушки.

Я уже писал, что начал охоту в 6-7 лет, когда шёл по лесу гавкающей собакой, загоняя зайцев. И занимался всю жизнь охотой по возможности. Из моих трех сыновей только Тима заболел охотой. У нас было пневматическое ружье. Из него в Рыбном стреляли голубей, которых с удовольствием съедали. Тиме было 11 лет, когда взял его в лодку. Сели в камыши рядом с избой в Рыбном. Я дал ему ружье 16 калибра ИЖ 58. Оно легче ружья 12 калибра и отдача при выстреле меньше.

Кому интересно, поясню, что физически означает калибр охотничьего ружья. Ружья были от 4 до 32 калибра, 4,8, 12,16,20,24,28,32. Сейчас выпускают только 12, 20, 32 калибр. Калибр ружья — это количество круглых свинцовых пуль, диаметр которых равен диаметру дульного отверстия ствола ружья. Дополнение по калибру ружья. Количество пуль изготавливается из одного фунта свинца — 454 грамма.

Продолжение побрехушек.

На следующий год я с Тимой плавал далеко от берега на Салтосарай. По терминологии Олега, на дальний кордон. Причём, каждый на своей лодке. И добывал он дичь плавающую и летящую. В те времена, в девяностые годы, мы сажали картошку на своём огороде около избушки. Огород спускался к озеру, где около берега росли камыши и держалась лабза. И в камышах жило много гагар.

Когда шли копать картошку, то брали ружья. Как услышим, что гагары заплескались, то Тима с дедом Мишей брали берданы и ползли по земле в конец огорода. Там уже близко вода была. Прицеливались и палили дуплетом. Затем на лодке собирали добычу. Обычно, штук 5-8.

Гагары было много на рыбновском озере, да и утки тоже. Водоплавающим было где гнездиться, так как у берега был слой камыша и лабзы. В 2000 году уровень воды поднялся на два метра. Камыш и лабза пропали, берега стали чистые, утке негде гнездо свить. И количество дичи уменьшилось в разы.

Рыбновское озеро было кормовое. Там в воде жило много горбунца, всяких букашек. В иле много мотыля — личинок комара. Уткам и карасям было чего поесть. И утки с озера Салтосарай летом вели свои выводки в Рыбное.

Много раз видел, как дикая утка ведёт своих утят на рыбновское озеро. А расстояние между озерами где-то 1.5 км. Идёт утка, покрякивает, а за ней утята сменят. Однажды, с отцом копали ямки для столбов забора. И над нами с сильным криком летает кругами дикая утка. Отец говорит, что утенка ищет. Пошли смотреть ямы для столба и в одной увидели утенка. Он бежал за мамой и в ямку упал. Достали утенка отнесли к воде озера.

Отец всегда держал в Чаше кряковых уток для охоты. С подсадной уткой охота всегда добычливая. Крякуха и предупредит охотника о полете уток или посадит на воду. Утки у отца были голосистые, работали на дичь хорошо. И осенью охотники приходили у нас купать уток.

Как то папа привёз с охоты живого селезня. На охоте на зерновых полях влет перебил ему крыло. Селезень упал и был пойман и отец решил оставить его на племя. Домашние утки били пришельцы смертным боем. А на зиму оставлялись две утки и один селезень. Причём селезень брался из другого табуна, чтобы не было генетического вырождения. Дикарь жил зимой в отдельном загоне. Зато весной он свое мужское дело выполнял исправно. Вывелись утята, в основном, маленькие и тёмные.

Отец все радовался, что утки внешне были очень похожи на диких своими размерами и формой тела. Настала охота, повезли крякух на озеро. И тут конфуз. Они не работают по зазыву дичи, а молчат. Плавают в воде в свое удовольствие, букашек ловят и не крякают. Живые чучела. Пришлось отцу свое племя утиное под нож пустить и закупать новых уток для развода в следующем году.

Однажды уток у отца украли в апреле перед весенней охотой. Ночью залезли во двор и утащили уток из загона. Горе его было огромное. Неделю ходил по деревне и слушал, не скрякают ли его утки. Отнёс заявление о воровстве участковому. И на удивление, участковый уток нашёл и вернул отцу.

Я, Толя и папа по разу отличились на охоте и убили свою подсадную утку. Конечно, не специально, а в запале по неосторожности. Я ни разу не выпадал из лодки на озере. Отец падал один раз. Сильно шестом толкнулся, равновесие не удержал и бултых. Толя выпадал два раза. Один раз по молодости и второй в 2007 году. Поехали мы заплывать ночью на открытии охоты. Подплываем к моему заветному месту, осталось метров сто. И тут Толя говорит, что срать хочу. Я ему, камыши близко, там лодку устойчиво поставишь и дела сделаешь. Но Толя советов не сильно любил слушать, тем более младших. Штаны снял, сел в носу лодки и жопу за борт отклячил. Как известно, братец дистрофией никогда не страдал, а потому кувырнулся в воду. В полном снаряжении, в сапогах, в куртке и прочее. Я протянул ему шест и подтащил к лодке. Он хотел забираться в лодку, но я не дал. Сразу бы лодку перевернул с ружьем и прочими припасами. Толя держался за борт лодки, которую я дотащил до лабзы. Там брат залез на плавучий остров, на котором можно было стоять, затащил лодку в камыши и только тогда залез в лодку. Я поснимал с себя часть одежды, отдал сухое белье ему. Переоделся, чем Юра послал, но сапоги мокрые, куртка мокрая и многое другое. Ехать на берег сушиться отказался. Я выкинул на воду чучела, стал неподалёку.

Место было удобное, много чистой воды, чучел штук 50 и охота пошла. Птица перла образцово. Стреляли только над водой, чтобы в камыш за спиной уток не ронять. Толя стрелял из моей пятизарядки мр 153, я из отцовского зимсона. Солнышко вылезло, Толя малость обсох, охота радовала. Вдвоём мы набили штук 50 уток. Толя, когда уезжал, сказал : сказка, а не охота. А вечером я повёл его на рыбновское озеро, где в сумерках утка шла на посадку в грязь на берегу. И там десяток взяли. Если бы Толя один выпал в воду из лодки, то результат мог бы быть непредсказуемый.
Последний раз Толя приехал на охоту в Чаши в конце сентября 2017 года. Я этой осенью нанял людей, которые провели реставрацию захоронений родителей. Поправили памятники, новая ограда, положили плёнку, чтоб трава не росла. У этих памятников наша последняя общая фотография.

Поехали на охоту. Его лодка скользит по воде, а моя словно бревно за собой тащит. Говорю брату, чтоб посмотрел цепь на моей лодке. Нормально, ответ. Плыл я с трудом, рассвет наступил, а мы в пути. Опоздали на час, уже солнце морду греет. Поставил я его на любимое место где утка летает.

И примерно в 8 утра утка поперла на Толю. Вижу издалека, как над ним табуны кружат. Палит очередями. Днем подъехал, показывай добычу. Башку отвернул в сторону, нет ни одной утки в лодке. Я, говорит, целился правильно, но был ветер, который дробь сносил в сторону. Так и порешили, что во всем ветер виноват. А я считаю, что вечером перед охотой он мало глаз правил своей самогонкой.
А мне Толя привёз испанское ружье с длинным прикладом и стволами с версту. Я до курка еле дотягивался, не говоря о прицеливании.
Я из него одного чирка сбил. С моей лодкой разобрались, почему она тормозилась. Цепь лодки вывалилась за борт и цепляла всю траву, которая водилась в воде в огромном количестве. Доплыли до берега, стали лодки к пристани подтягивать. Подошёл помогать водитель Толиной машины, взялся за цепь и резко дёрнул лодку вперёд, а Толя сзади лодку толкал. Он потерял точку опоры и упал вперёд, ударившись грудью о корму лодки грудью. Стало трудно дышать. Поехали в Каргаполье, сделали рентген. Перелом ребра. И вечером Толя уехал домой и больше его не видел. Встретились в январе 2018 года на его похоронах.

Все тогда молодые были. Мне 14, отцу 43 года. Всегда бывала весенняя утиная охота. Объявляли сроки и стреляй где хочешь без всяких норм. Только уток нельзя добывать. А селезни красавцы, нарядились в сказочные перья всех цветов радуги.

И поехали мы на открытие охоты на озеро Салтосарай, да ещё с ночевкой на воде. А ночью вдарил мороз 10 градусов. Озеро сковало льдом. Стучали мы зубами всю ночь до рассвета. А утром мороз усилился. И давай мы на берег выбираться. Технология следующая. Наезжаешь носом лодки на лёд, стоя на корме. Идёшь на нос, раскачивая лодку и ломая лёд. Дальше метра два проталкиваешь лодку и процесс повторяешь. Благо, что лодки были окованы жестью и лёд борта не драл.
До берега, примерно 2 км, ломались 10 часов. Шест постоянно обрастал льдом, рукавиц не было с собой. Руки у меня покраснели и опухли. Через неделю кожа на руках вздулась и сошла слоями. С тех пор руки у меня очень чувствительны к холоду.
   Осенью 1963 года я и папа пристрогались ездить на охоту по будням. В 4 утра садились на мотоцикл иж-56 и гнали на Салтасарай. Чистой воды для охоты было мало. Везде камыш и  лабза. Кто не знает, лабза — это плавающие острова из остатков камыша.

Стрелять уток над камышом — гиблое дело, ибо достать подбитую утку в плотном камыше практически невозможно. Лодка по камышам не пролезет, а пойдёшь ногами по лабзе — провалишься. Потому стать удачно на плесе было сложно из-за большой конкуренции.

В 1966 году вода в озере неожиданно поднялась метра на два ещё до таянья льда. Всплывший лёд с камышом оторвал его корни от дна. В результате образовались обширные чистые водные просторы. Вставали с отцом на свои любимые места стреляли до 6.30 часов, а затем возвращались домой, привозя по10-20 уток. В 8.00 я уже был в школе на уроках.

Такой феномен непонятного поднятия воды зимой я наблюдал в 2000 году на озере Рыбное, на берегу которого стояла купленная мною изба, в которой мы охотничали, рыбачили и сажали в огороде картошку. В феврале в подполах многих домов стала появляться вода, заливая лежащую на хранении картошку. Кто-то пытался воду откачивать, но это, как мертвому припарки.

В апреле вода залила дворы и и домах, которые стояли низко к воде, полы в комнатах. Летом вода не ушла, а ещё поднялась. И жители 15 домов бросили свои усадьбы и разъехались, кто куда. Что — то продать было невозможно.

Вода в озере поднялась примерно на два метра. Причем это явление было во всех водоёмах. Вода пришла из земли, а не от таянья снега. И вот уже 20 лет уровень воды в озёрах остаётся высоким.

Охотничьи байки неистощимы. Каждый выход на охоту имеет свою изюминку. Отец в начале 60-х годов брал с собой в лес термос с чаем.
До этого брали с собой котелки, разводили костёр и из снега готовили чай. Однажды папа побежал за козлом — подранком, схватил свой вещмешок и треснул им козла по башке. И, напоследок, перед смертью козлик успел попить чай из разбитого термоса. А термос был китайский, очень дорогой.

Помню ассортимент китайских товаров на рубеже 60х годов. Термосы стеклянные с очень красивой росписью железного стекла. Шарики настольного тенниса, кеды, полотенца с драконами, авторучки с золотым пером, шерстяные тонкие пальто, ещё рубашки хлопковые синего цвета. Тогда весь Китай одевался в хлоптатобумажные костюмы синего цвета.

Отвлёкся. Другой раз он ударил козла прикладом ружья «зимсон», приклад отломался. Тут горе было огромное. Склеил приклад эпоксидной смолой.До сих пор приклад в потеках от эпоксидки.

Как-то пошли вдвоём на зайцев и наткнулись на тетеревов, которые в снегу спали днем. Тетерева резво взлетают и успевай их на подъёме стрелять. Мы встали на противоположных концах поляны, постреливая птичек.

И тут вижу, что взлетевший тетерев идёт на меня, а отец вскидывает ружье. Я падаю плашмя вперёд в снег. В этот момент он стреляет и дробь проходит надо мной. Подбежал папа, белый — белый. Долго в себя приходил и просил, чтоб я маме не рассказывал про про этот случай.

Самое весёлое дело произошло в 1996 году. Отцу было тогда 78 лет, но на охоту он ходил наравне со мной. Правда, зимой по лыжне его последним ставили. Последний раз он пошёл на охоту в 83 года. Выплыл на озеро, добыл двух гагар и сказал, что последний раз. Появилась глаукома и стал плохо видеть.

Надыбали мы, что утка бьётся на другом конце озера Салтасарай под Пьянково. Олег говорил, что утка на дальний кордон улетела. Прибыли на озеро, а ветер очень сильный, но прямо в спину. Долетели до места охоты очень быстро, а это 5-6 км по воде. Чего-то постреляли, а ветер превратился в шторм. Пошли
беляки по волнам, а нам возвращаться в лоб на ветер. Попробовали плыть, метров через 200 я понял, что просто потопит. Развернулись и назад в камыши. Там лодки не так сильно болтает. И стали ждать у моря погоды. Сидели в камышах день и ночь. Я был одет тепло, а деда подкачал. К утру он сильно замёрз, но мою одежду брать категорически отказался.
На рассвете ветер малость поутих, выплыли. Но я потерял ориентацию, не пойму куда идти. А направление волны не изменилось. Покумекал и пошёл под определённым углом к волне.. А потом и знакомые камыши появились.

Отец сильно обессилел, лёг на дно лодки и заявил, чтоб я его бросил и спасался самостоятельно. Я связал лодки носовыми цепями и потащил обе лодки. Долго ли, коротко, но приплыли на свою пристань. Отец вылез из лодки и побежал к нашей охотничьей избушке. Я возился с лодками, потом мотоцикл заводил, приехал домой, а там новое горе. Была у нас последняя бутылка самогона. Отец пытался налить стакан, но замерзшие руки бутылку не удержали. Та упала и разбилась. С тех пор я стал бояться ветра на воде. Каk говорят немцы : ende gut, alles wit. Что в вольном переводе означает : все хорошо, что хорошо кончается.